О книге: «Когда я сошел с электрички, уже стемнело. Шел мелкий бесконечный дождик. Оттого казалось, что уже наступила осень, хотя до осени было еще далеко. А может, мне хотелось, чтобы скорее наступила осень, и тогда я смогу забыть о вечерней электричке, этой платформе и дороге через лес…»
О книге: «– Разумеется, я расскажу обо всем по порядку. Мне нет никакого смысла что-нибудь скрывать, тем более что я с самого начала подумала – лучше бы мне остаться дома. Но Рая такая милая, вы не представляете, какая она чудесная женщина, всегда готова помочь, никогда ни в чем не откажет, а потом, с ней по-человечески интересно…»
О книге: «Я всего раз видел, как погибает корабль. Другие ни разу не видели. Это не страшно – ты даже не успеваешь мысленно перенестись туда и почувствовать себя участником. Мы смотрели с мостика, как они пытались опуститься на планету. И казалось, что им это удается. Но скорость все-таки была слишком велика…»
О книге: «В среде самоубийц принято оставлять записки: «В смерти моей прошу никого не винить». Так вот: в моих несчастьях прошу винить телефон. Он мой враг, я его раб. Более решительный человек на моем месте обязательно оборвал бы шнур или разбил аппарат. Я не могу…»
О книге: «Коля Широнин застрял в двери вагона, и рыбаки, которые боялись, что поезд тронется, толкали его в спину и негодовали. Коля прижимал мотор к груди, и тот все время норовил свалить его вперед. Рюкзак тянул назад и уравновешивал. Это еще можно было вытерпеть, если бы не сложенная тележка, наподобие тех, с которыми бабушки ходят по магазинам, но побольше, усовершенствованная. Тележка висела через плечо, клонила Широнина влево и всюду застревала…»
О книге: В какие только края не закидывала кочевая судьба Артема Топильского. Но на сей раз судьба явно перестаралась – цирковой артист очутился в средневековой Японии. Не очень-то его там, оказывается, и ждали! В военно-феодальной Японии вообще нет места чужакам. А что вы хотите? Япония живет почти в полной изоляции от внешнего мира. Бесконечная борьба самурайских родов за власть, земли и привилегии. Строгое кастовое деление общества и при этом сложнейшее переплетение разных ветвей власти. Суровые, жестокие нравы. И какой прием может ожидать незваного гостя? Да голову с плеч, вот и весь прием. Но не тот человек Артем, чтобы покорно подставить шею под меч. Скорее он, прирожденный воздушный гимнаст, попытается пройти по лезвию катаны…
О книге: «Я привез Люцине «полянку». При виде этого подарка Люци села на диван и долго сидела в полном оцепенении. Нет ничего приятнее, как делать подарки. От которых человек цепенеет. Я сел напротив и рассматривал Люцину, преисполненный тщеславия, и ждал, пока она придет в себя, чтобы сообщить мне мои жизненные планы на ближайшие дни…»
О книге: «В сумерках Лунин пристал к берегу, чтобы переночевать. Место было удачное – высокий берег, поросший поверху старыми деревьями. Под обрывом тянулась широкая полоса песка, утрамбованного у воды и мягкого, рассыпчатого, прогретого солнцем ближе к обрыву. Кое-где на песке лежали стволы свалившихся сверху деревьев – река постепенно размывала высокий берег. Лунин привязал катер к черному, ушедшему корнями в воду пню. Катер легонько мотало на мелкой волне. Палатку он решил разбить наверху. Там не будут досаждать москиты – снизу было видно, как гнутся от ветра вершины деревьев…»
О книге: «При первом же взгляде на мужчину не оставалось сомнений в том, что он привык управлять и принимать решения, привык быть первым. Крупный, плечистый, начинающий расплываться, но еще производящий впечатление скалы, а не студня, он приковывал к себе внимание одной только фигурой. Рядом с таким медведем поневоле начинаешь ощущать себя хрупким и хилым. А если добавить „медведю“ властный голос? Жесткое выражение умных глаз? Упрямый подбородок и твердые скулы? В общем, не „настоящий полковник“, а „настоящий генерал“ явился в холл ресторана „Круг любителей покушать“ и был сразу же окружен вниманием и заботой метрдотеля…»