Наш Декамерон, или Исповедь сына нашего века — Эдвард Радзинский

«О чем может говорить порядочный человек с наибольшим удовольствием? О себе. Самое страшное, когда ощутил: твердеет! Скорлупа проклятая образуется. Вместо души у меня теперь замечательное каменное яйцо. Нет пылкости. Ни в чем. Впрочем, вру. Страсть появляется, когда надо ненавидеть, завидовать, собачиться. Сам любить не можешь и оттого особенно остро ощущаешь, когда тебя любят…»