литература 20 века

русская классика 0
О книге: «Я не помню в детстве ни одного большого церковного праздника, который бы прошел в Сысерти без драки. Реже драки были в Полевском и Северском. На обилие драк бесспорно влияла особая дешевизна водки. В то время как раз три главных уральских винокура – Суслин, Злоказов и Беленьков – вели самую бешеную конкуренцию, между собой. На каждой заводской улице было не по одному кабаку…»
русская классика 0
О книге: «Шагая полем, он думал о том, что, может быть, ему удастся в городе хорошо заработать и, воротясь домой к весне, он женится на Василисе Шамовой. И ему представлялась Василиса – полная, крепкая, чистоплотная. А может быть, он найдёт себе место дворника у хорошего богатого купца и женится уже не на Василисе, а на какой-нибудь городской девушке. Он шёл, а сзади его тихо загорался рассвет, вокруг невидимо исчезали ночные тени, и на снег ложились бледно-жёлтые лучи зимнего солнца. Снег под ногами захрустел веселее и громче, Ванюшка запел песню. Три двугривенных звякали в кармане его штанов, а в голове, под звуки песни, медленно плыли думы и догадки о будущем…».
зарубежная классика 0
О книге: «– Вот, – сказал приятель Перес своим собеседникам, сидевшим вместе с ним за столиком в кафе: я только что прочитал в газете известие о смерти своего друга. Я видел его только один раз, но это не помешало мне вспоминать о нем после того очень часто. Хороший это был друг!..»
русская классика 0
О книге: «Между пятью и шестью часами утра и вечера на улицах завода движение. В это время происходила смена. Везде можно было видеть основного заводского работника – «мастерка», как его звали. В рубахе и в штанах из синего в полоску домотканого холста, в войлочной шляпенке без полей, в пимах с подвязанными к ним деревянными колодками, в засаленном коротком фартуке, быстро шел «мастерко» по заводским улицам. Обменивались друг с другом короткими приветствиями, шуткой, летучим матеркам – иной раз угрожающим, иной раз безобидным…»
зарубежная классика 0
О книге: «Неожиданный приезд депутата был настоящим праздником для начальника округа. Депутат был важным господином из Мадрида и казался всемогущим доброму люду, говорившему о нем, как о Святом Провидении. В саду алькада состоялся роскошный, лукулловский пир под звуки местного оркестра, а сквозь садовую ограду глядели на пирующих любопытные глаза баб и ребят…»
русская классика 0
О книге: «В саду, за окном моей комнаты, по голым ветвям акации прыгают воробьи и оживлённо разговаривают, а на коньке крыши соседнего дома сидит почтенная ворона и, слушая говор серых птичек, важно покачивает головой. Тёплый воздух, пропитанный солнечным светом, приносит мне в комнату каждый звук, – я слышу торопливый и негромкий голос ручья, слышу тихий шорох ветвей, понимаю, о чём воркуют голуби на карнизе моего окна, и вместе с воздухом мне в душу льётся музыка весны…».
зарубежная классика 0
О книге: «Весь Тихий квартал знал этого дьявольского ломового извозчика, который приводил на улице народ в ужас своею руготнею и бешеным щелканьем бича. Население большего дома, где он жил внизу, много способствовало созданию его скверной репутации. Этот гадкий человек ругался, как никто другой. А еще пишут в газетах, что полиция арестует людей за брань и ругань!..»
зарубежная классика 0
О книге: «Почти все пассажиры, ехавшие в вагоне третьего класса, знали красавицу Мариету в траурном платье, сидевшую с грудным ребенком у окна и избегавшую взглядов и разговоров с соседками…»
зарубежная классика 0
О книге: «Весь театр был охвачен восторгом. Какой дебют! Какое чудное представление Лоэнгрина! Какое сопрано у этой артистки! На красном фоне кресел в партере виднелись головы мужчин и неподвижные башни из лент, цветов и тюля, не склонявшиеся друг к другу ни от скуки, ни для болтовни; в ложах царила полная тишина; нигде не было слышно разговоров даже вполголоса. Наверху, в адской галерее, называемой в насмешку раем, восторг вспыхивал шумно и неизменно, словно глубокий вздох удовлетворения, каждый раз, как раздавалось нежное, сильное и мощное сопрано. Какое чудное представление! Все в театре казалось новым. Оркестр состоял из ангелов. Даже центральная люстра светила ярче…»