О книге: «Персей передал власть над Серифом брату Полидекта Диктису, который некогда спас его с матерью, а сам с Данаей и Андромедой отправился в Аргос…»
классическая литература
О книге: «Сезонъ открылся комедiей г. Осторогскаго «Липочка», напечатанной еще въ 1861 г. во «Времени». Эта комедiя является на сцену только черезъ три года послѣ появленiя ея въ печати? Можетъ быть самъ авторъ виноватъ? Не знаемъ. Но нельзя не замѣтить, что такiя странности повторяются отъ времени до времени. И всегда это случается или съ комедiями Островскаго («Доходное Мѣсто», «Воспитанница», «Свои люди сочтемся»), или съ вещами, хоть сколько нибудь выдающимися изъ обычной колеи нашего репертуара. Между тѣмъ иногда очень важно, чтобы пiеса была поставлена вò—время, особенно если она не произведенiе чисто-художественное, а бьётъ на вопросъ дня. Такихъ пiесъ избѣгать не слѣдуетъ, особенно если онѣ отдѣланы опрятно, хотя бы вопросъ и ставился въ нихъ слишкомъ наголо (какъ напр. въ Липочкѣ); на безрыбьи и ракъ рыба. Но этого нѣтъ. И потому, многiя пiесы теряютъ при несвоевременной постановкѣ; изъ модныхъ они становятся просто скучными…» Произведение дается в дореформенном алфавите.
О книге: «Горные вершины Спят во тьме ночной; Тихие долины Полны свежей мглой…»
О книге: «Писатель пишет, актер играет, – и интересно знать, для кого все это делается? Петербург очень любит драматическое искусство. Он не может одного дня прожить без драматического искусства. Он возит его с собой даже на дачу, как любимую болонку. Нигде вы не найдете такой массы летних драматических театров, как под Петербургом…»
О книге: «…Когда я был в Москве студентом, мне довелось жить рядом с одной из „этих“, – знаешь? Она была полька, звали ее Тереза. Высокая такая, сильная брюнетка, с черными сросшимися бровями и с лицом большим, грубым, точно вырубленным топором, – она приводила меня в ужас животным блеском своих томных глаз, густым, басовитым голосом, извозчичьими ухватками, всей своей громадной мускулистой фигурой рыночной торговки… Я жил на чердаке, и ее дверь была против моей…»
О книге: «Недолго оставался Персей в царстве Кефея. Взяв с собой прекрасную Андромеду, он вернулся на Сериф к царю Полидекту…»
О книге: «– Скажи-ка, дядя, ведь недаром Москва, спаленная пожаром, Французу отдана? Ведь были ж схватки боевые, Да, говорят, еще какие! Недаром помнит вся Россия Про день Бородина!..»
О книге: «Въ пятницу 25–го сентября умеръ нашъ другъ и сотрудникъ Аполлонъ Александровичъ Григоревъ. Потеря его для насъ велика и незамѣнима. Многое еще не досказано имъ; многое, высказанное мимоходомъ, не получило достодолжнаго развитiя. Чтобы понять и вѣрно оцѣнить жизнь и литературную дѣятельность Григорьева, надо уяснить себѣ его основныя воззрѣнiя, или, вѣрнѣе и лучше, вѣрованiя. Мнѣ кажется я не ошибусь, если скажу, что основой его личности была полная, безъ поворота, вѣра въ жизнь и вѣра въ искусство , какъ въ одно изъ главнѣйшихъ выраженiй жизни. Вѣра въ жизнь во всѣхъ ея проявленiяхъ; въ жизнь безустанно развивающуюся, по своимъ основнымъ извѣчнымъ законамъ; въ жизнь, которую нельзя затиснуть въ рамку никакой – какъ – бы умна она ни была – теорiи; въ вѣчно юную и любящую, постоянно обманывающую строгiя, но сухiя выкладки ума, – въ то, что покойный называлъ иронiей жизни… » Произведение дается в дореформенном алфавите.
О книге: Повесть-сказка о том, как индийский мальчик Маугли вырос в волчьей стае, в джунглях. Отец Волк, медведь Балу, пантера Багира, слон Хатхи – каждый по-своему заботливо пестовали Маугли. Мудрые звери научили своего любимца сложным законам джунглей, научили понимать язык зверей, птиц, змей.
О книге: «…Мне было восемнадцать лет, когда я встретил Коновалова. В то время я работал в хлебопекарне как «подручный» пекаря. Пекарь был солдат из «музыкальной команды», он страшно пил водку, часто портил тесто и, пьяный, любил наигрывать на губах и выбивать пальцами на чем попало различные пьесы. Когда хозяин пекарни делал ему внушения за испорченный или опоздавший к утру товар, он бесился, ругал хозяина беспощадно и при этом всегда указывал ему на свой музыкальный талант…»