О книге: В небольших по объему, ограниченных по времени и месту действия рассказах Михаила Лифшица «прячутся» простая, но глубокая житейская мудрость, характеры, в которых каждый узнает знакомые черты. Высокий эмоциональный накал сопровождают точные описания житейских обстоятельств и будничных подробностей.
О книге: Маленькая пьеска для антрепризы повествует об охоте вредных папарацци за добрыми и простыми знаменитостями. Известный, но безымянный Актер и его текущая любовь Луиза подвергаются внезапной атаке репортеров желтой прессы в своем собственном поместье. И если бы не вмешался отец Филарет, еще неизвестно, чем бы все кончилось!
О книге: «…Правда, таких крестьян, как те, о которых идет речь, многие, изучающие народную жизнь, значительно недолюбливают. Крестьяне эти – шоссейные жители, большею частию живут по сторонам старой московской дороги, имеют частые связи с Питером. Мало того: по территории, которой касаются мои заметки, проходят две железные дороги – Николаевская и узкоколейная, с которыми у крестьян постоянные сношения. Таких крестьян многие, как известно, совсем не считают даже крестьянами: «какие это крестьяне, помилуйте! Тут все перепорчено городом, тут кадрили, пиньжаки». В такого рода суждениях есть известная доля правды в том отношении, что здешние мужики не похожи на мужиков, живущих исключительно земледелием…»
О книге: «… – Позвольте, позвольте! Кого другого? Кого? – слышала она, и хотелось ей зажать уши. И вдруг Чижов закричал: – Озерова, помощника?… Озерова? Да?.. Он обозлил Клавдию этим выкриком. Она остановилась, бледная, сказала коротко: – Да! Чижов подступил к ней вплотную. Были еще какие-то слова; совсем близко увидела она перекосившееся лицо Чижова, глаза, блеск зубов. Она отступила. Подломились в коленях ноги. Чижов с налету опрокинул ее на скамейку. Руки его шарили. Клавдия отбивалась молча, отчаянно, ломая ногти. Руки Чижова окостенели, не разжимались. Клавдии удалось повернуться, и, откидывая голову, она несколько раз сильно и резко ударила его назад затылком, рванулась, отбежала за дерево. Все произошло в одну секунду. Медленно трезвея, Чижов достал из кармана платок, приложил к разбитому носу. Клавдия спросила вызывающе, с веселой злобой: – Что? Получил? Хорошо!.. На всякий случай она подняла булыжник, если опять сунется. …»
О книге: В книге бывшего генерала немецкой армии Фридриха Вильгельма фон Меллентина дана профессиональная оценка военных событий 1939–1945 годов. Автор показывает значение танковых войск на различных театрах военных действий от Европы до Северной Африки. Описывает действия танков на советско-германском фронте, уделяя основное внимание Сталинградской и Курской битвам, а также сражениям на Украине и в Польше.
О книге: Амосов – один из пионеров советской сердечно-сосудистой хирургии – оставил человечеству тысячи спасенных жизней, несколько десятков книг и свою знаменитую гимнастику. Хирург-кардиолог и специалист в области кибернетики, ведущий специалист в СССР по операциям на сердце за годы творческой деятельности провел свыше 6 тысяч операций на сердце, впервые в стране произвел протезирование митрального клапана сердца, создал и первым в мире стал использовать искусственные сердечные клапаны с покрытием. Его научные работы посвящены хирургическому лечению болезней легких, сердца, кровеносных сосудов, медицинской кибернетике.
О книге: В небольших по объему, ограниченных по времени и месту действия рассказах Михаила Лифшица «прячутся» простая, но глубокая житейская мудрость, характеры, в которых каждый узнает знакомые черты. Высокий эмоциональный накал сопровождают точные описания житейских обстоятельств и будничных подробностей.
О книге: На волшебном острове Окраина мирно царствовал и пил горилку Сизи-Бузи Второй, царь белых арапов и желто-голубых эфиопов. Он работал с документами и вешал своих политических противников на пальме, туземцы выли от голода, словом, все шло хорошо. Но пришла беда, откуда не ждали – две афрообезьяны, Колли и Скандализа из заокеанской Президентской Администрации решили устроить революционное извержение вулкана и привести к власти царского премьер-министра Кири-Куки, прозападно настроенного космополита и низкопоклонника. Намереваясь сорвать этот коварный план, на остров прибыли москальские козаки-политтехнологи с соседнего Материка, от которого остров недавно отделился…
О книге: «…Расскажут вам для характеристики барина: «Уж и добер только был человек, на редкость даже!.. Ценой не скупился: вперед давал, сколько хошь, – по сту, по двести рублей, и по триста давывал, работой не неволил… Бывало, как лес чистили, часика с два потукаешь топором, дерев с пяток свалишь, уж бежит: не устали ли, мол, ребята? Водки тащат, закуски – пей… Это, например, чай с сахаром за всякое время пей, сколь хошь! Внакладку пивали, сказать ежели вам по совести, истинным богом… всей артелью человек в тридцать внакладку – пей! Ничего! Никаких вредов не делал… Это уж что говорить! Иди ты, братец мой, к нему в полночь – запрету нет, иди прямо – допускает без разговору, садись, пей чай али там вино, кофей – это у него сделай милость, не опасайся!.. Скажешь: «А что, Михал Михалыч, хотел я у вас увспросить, коровенку хочу…» – «Много ль?» И сию минуту даст, ежели есть, а ежели нету – «вот, говорит, съезжу в город, привезу…» И верно!.. Одно слово, барин был добреющий…»
О книге: «…отец умер осенью, когда собирали хлопок, через месяц умерла мать. Зиму Нур-Эддин жил у соседей; в апреле из Ура-Тюбе приехал дальний родственник, знаменитый на всю Фергану художник Усто Сулейман и взял сироту к себе в ученики. – Тебе посчастливилось, Нур-Эддин, – говорили соседи. – Будь внимательным и послушным. Когда ты окончишь учение, все будут уважать тебя так же, как уважают сейчас мастера Сулеймана, ты будешь носить такой же красивый халат и такую же тонкую чалму. Усто Сулейман оказался добрым и приветливым стариком. Семьи у него не было. Нур-Эддина он считал сыном. Вдвоем ездили они из кишлака в кишлак, из города в город – всюду, куда приглашали мастера подновить роспись в мечети. Однажды весной они работали в Шейх-Мазаре. Близилось двухсотлетие со дня смерти великого шейха Раббани, мастеру Сулейману поручили заново расписать мечеть, в которой был похоронен святой. Нур-Эддин растирал краски и мыл кисти, а Сулейман, стоя на подмостках, мудро поучал его. – Вот эту краску, – говорил он, – привозят из Индии. Если добавить к ней немного уксуса, она становится яркой и прозрачной, как рубин, и не тускнеет даже через пятьсот лет… »