серьезное чтение

О книге: С каждым новым романом превосходный стилист, мудрец и психолог Андрей Дмитриев («Закрытая книга», «Дорога обратно», «Поворот реки», «Бухта радости») сокращает дистанцию между своими придуманными героями и реальными современниками. В «Крестьянине и тинейджере» он их столкнул, можно сказать, вплотную – впечатление такое, что одного («тинейджера») только что повстречал на веселой Болотной площади, а другого («крестьянина») – в хмурой толпе у курской электрички. «Два одиноких человека из параллельных социальных миров должны зажечься чужим опытом и засиять светом правды. Вот только с тем, что он осветит, им будет сжиться труднее, чем друг с другом» (Валерия Пустовал).

О книге: Аргентинское танго – танец страсти и любви? Нет, танец похоти и одиночества. Танец, который в XX веке прошел путь от борделей до высшего общества у себя в Аргентине, а в последние годы диковинным образом прижился в холодной и высокомерной Москве. Взгляд на московскую версию аргентинского танго бросает одна свободная, беспечная и любознательная особа. Она хотела научиться показным страстям, чтобы уберечься от настоящих, но была вынуждена в танце душить внешние проявления захлестнувших душу чувств. Она восхищалась московским клубом «Другой Айрес», но поняла, что нет ничего прекрасней, чем настоящий Буэнос-Айрес. Результат – «пособие» по аргентинскому танго для начинающих, щедро приправленное пикантными интимными подробностями, сваренное в котле московской светской жизни и поданное под соусом легкой иронии.

О книге: Юлий Зусманович Крелин (1929–2006) После долгого перерыва к читателю возвращаются книги Юлия Крелина. Один из самых читаемых писателей «золотого века» советской литературы, он до последних дней оставался практикующим хирургом. Юрий Рост написал о своем друге: «Крелин никогда не выключает телефон. Потому, что он доктор, он хирург, который перелечил пол-Москвы. Он надежен, профессионален, безотказен. Крелин никогда не запирает дверь. Потому что он друг. Иногда он засыпает в кресле. Потому что друзья встают, когда хотят, а он в половине шестого – больные ждут. Крелин никогда никого не судит. Потому что он философ и писатель. Он размышляет на бумаге, и его книги любимы в среде врачей (там они буквально на столах) и в других не агрессивных средах». Над "Исаакскими сагами" Юлий Крелин работал до последних дней. Рассказы, некоторые из которых были напечатаны в журналах, объединившись, стали одной из самых пронзительных, искренних, честных повестей писателя. С предельной откровенность, торопясь выговориться, он повествует о жизни и смерти, любви и сексе, благородстве и предательстве, врачах и пациентах… обо всем, что составило судьбу Писателя и Врача Юлия Крелина.