О книге: Новое время и новые события в третий части Космической Одиссеи. Старый мир ушел с пришествием Нового Солнца. Это одновременно и ухудшило, и улучшило жизнь землян. Появились новые силы внутри человечества, стали колонизировать спутники Люцифера. Все, кроме Европы, на котором потерпел крушение самый современный корабль людей. Что же теперь делать? Придти в мир, на котором висит табличка «НЕ ВХОДИТЬ» от тех, кто может превратить целую планету – в звезду?..
О книге: На Боба Ли Свэггера, одного из лучших снайперов Америки, прославленного героя Вьетнамской войны, выходят люди из структуры, связанной с ЦРУ, и предлагают ему участвовать в предотвращении покушения на действующего президента страны. Бобу предстоит объехать те города, которые посетит президент во время своего турне по Америке, и выяснить, где покушение наиболее вероятно. Роковой выстрел все-таки прозвучал. Только жертвой стал совсем другой человек. Но найденная снайперская винтовка, из которой стреляли, принадлежала лично Ли Свэггеру. Из вчерашнего героя он в глазах общественного мнения превращается в хладнокровного убийцу, покушавшегося на жизнь главы государства, и все силы полиции и спецслужб брошены на его поимку… «Снайпер» открывает популярную серию романов о Бобе Снайпере, как его прозвали когда-то за уникальное умение владеть оружием.
О книге: Роман «Человек в высоком замке», принесший автору премию «Хьюго» в 1963 году, рассказывает о том, по какому пути могла бы пойти история, если бы фашистская Германия и Япония одержали победу во Второй мировой войне. В формате a4.pdf сохранен издательский макет.
О книге: «На настойчивые вопросы египтянки итальянский дудочник отвечал с наивностью его нежной молодости, с радостью и облегчением южанина, долго просидевшего молча. Чужой среди этого мира художников, скульпторов, разлученный при входе с другом, привезшим его на бал, он два часа томился, ходил в толпе, привлекая к себе внимание своим красивым лицом, с золотистым загаром, с белокурыми вьющимися волосами, короткими, густыми, как завитки на бараньей шкуре его костюма; успех, которого он и не подозревал, рос вокруг него, возбуждая шепот. Его то и дело толкали танцоры, молодые живописцы высмеивали и его волынку, которую он неловко держал в руке, и его старое платье горца, казавшееся тяжелым и неуклюжим в эту летнюю ночь. Японка, с глазами, выдававшими девушку из предместья, со стальными кинжалами, поддерживавшими её взбитый шиньон, напевала ему, выводя его из терпения: «Ах, как хорош, как хорош наш маленький почтальон!..» меж тем как молодая испанка, в белых, шелковых кружевах, проходя под руку с вождем апашей, настойчиво совала ему в нос свой букет из белых жасминов…»
О книге: «В середине сентября произошел удивительный случай, о котором потом несколько дней напролет говорил весь Мюнхен. По вечерам в окрестностях академии и университета бывало оживленно. На одной из улиц, которые пересекаются здесь под прямыми углами, стоял ветхий дом старинной архитектуры. В тот самый час, когда студенты обычно расходились с последних лекций, на крыльце этого дома раздался громкий крик, вслед за которым из ворот на улицу выбежала совершенно голая девушка, руки ее были подняты кверху, словно для защиты от какого-то тяжелого предмета, падающего с неба. Все время, пока обнаженная бежала от расположенной во дворе мастерской художника до оживленной улицы, она продолжала беспрестанно вопить. Движение на улице сразу прекратилось; откуда ни возьмись, сбежалось множество народу. Окна квартир открывались, и в них появлялись испуганные лица, на которых испуг мало-помалу уступал место игривому настроению…»
О книге: «Сегодня, 14 сентября, в 3 часа пополудни, в теплую, серенькую и дождливую погоду я поступила на свое новое место. Это двенадцатое за два года. Не говорю уже о местах за прежние годы. Их и не сочтешь. Ах, и чего я только не видела за это время, какие обстановки, лица, какие грязные душонки! И это не конец… После всех совершенно необыкновенных мытарств, когда я вихрем носилась с одного места на другое, то из домов в бюро, то из бюро в дома, из Булонского леса в Бастилию, с Обсерватории на Монмартр, из Терн в Гобелены, не сумевши нигде осесть прочно, не доставало только, чтобы и здесь было трудно служить. Не хочется и верить…»
О книге: «Он остановил коня и стал прислушиваться. Но конь его, горячей андалузской породы, тряс уздечкой и бил копытами о древесные пни, так что трудно было расслышать что-либо. Между тем лошадь другого всадника, походившая на мула, стояла неподвижно. Как лошади, так и всадники представляли собой полную противоположность. Всадник, сидевший на андалузском коне, был высокий красивый человек, с коротко обстриженными каштановыми волосами и окладистой бородой, какую носили тогда французские дворяне в подражание королю. Его платье из дорогих цветных материй, хотя и запыленное и забрызганное грязью от путешествия, резко отличалось от темной одежды и грубого волосяного плаща его спутника, которого, несмотря на бороду, можно было признать за католического монаха по бледно-желтому цвету лица…»
О книге: «Берусь за свои „Мемуары“, побуждаемая не чувством голода, как это делают старая кокотка, генерал в отставке либо бывший министр империи; к числу подобных лиц я не принадлежу. Я всего лишь обыкновенная мебель. Не могу похвастаться своим происхождением, но, подобно любому солдату Бонапарта, носившему маршальский жезл в своем патронташе, я могла бы услугою государству снискать свой „жезл славы“ и признательность потомства…»
О книге: «Бог из сумрачных сил, затаенных во мгле. Вывел духа источник и все на земле Он смешал – и с неё снял он длани. С той поры дух желает царить над судьбой; С темнотою инстинктов, с стихией слепой Бой ведет, совершенствуясь в брани…»
О книге: «Среди мрачных, словно выжженных недавним пожаром, бесплодных окрестностей Иерусалима гора Елеонская, закрывавшая Иерусалим с востока, и долина Кедронская составляли благословенное исключение. Пологий откос глубокой лощины, непосредственно примыкающий к городским стенам, был еще полон мусора и звенел отголосками крикливой суеты беспокойной столицы, но за извивавшимся на дне котловины потоком, называемым Зимним, уже расстилалась зеленая мурава, а несколько шагов в сторону привлекал к себе взоры тихий Гефсиманский сад. Позади него возвышалась высокая гора Елеонская, яркая от зелени и подернутая голубоватым туманом. Там, среди деревьев, белели маленькие домики и усадьбы. На уступах горы зеленели виноградники и плантации фиговых деревьев. Остро подымались стройные пинии и одинокие кипарисы…»