О книге: "Философические письма" написаны по-французски и обращены в проповеднической манере к некоей даме. В них сосредоточена система взглядов Чаадаева. За них «высочайшим повелением» он был объявлен сумасшедшим. Почему?.. "Апология сумасшедшего" – это и анализ странного положения, в котором оказался Чаадаев, «пораженный безумием по приговору верховного судии страны», и определение целей, которые он преследовал, напечатав «Философическое письмо»: из любви к Отечеству, к истине, а не ради «милости толпы» и «народных рукоплесканий». «Апология» раскрывает также основные положения писем о месте России по отношению к Западу и Востоку, о путях се развития и является их логическим продолжением.
О книге: «Логос» – один из старейших независимых гуманитарных журналов, возникших в постсоветский период. Журнал продолжает западническую традицию, развивая ту интеллектуальную линию русской культуры, которая связывает его, в частности, с дореволюционным «Логосом» – международным ежегодником по философии культуры, издававшимся в начале XX века. За время своего существования «Логос» эволюционировал от журнала профессионально-философской ориентации, выполнявшего определенную просвещенческую функцию, до издания, охватывающего, помимо того, широкий спектр общественных проблем и стремящегося представить на своих страницах наиболее интересные и заметные интеллектуальные инновации современной России, а также основные тенденции мировой общественно-политической мысли. В номере: Алексей Глухов. Реальность философии Платона Михаил Маяцкий. К истории денацификации Платона в послевоенной Германии Валерий Петров. Платон и его учение у Сигизмунда Кржижановского (1887–1950) Гаррис Рогонян. Метафизика в пределах обычного Александр Павлов. Порношик: от триумфа к забвению Майкл Геймер. Жанры для судебного преследования: порнография и готическое Эрик Шефер. Калибр революции: 16-миллиметровая пленка и подъем порнофильмов и многое другое
О книге: «Логос» – один из старейших независимых гуманитарных журналов, возникших в постсоветский период. Журнал продолжает западническую традицию, развивая ту интеллектуальную линию русской культуры, которая связывает его, в частности, с дореволюционным «Логосом» – международным ежегодником по философии культуры, издававшимся в начале XX века. За время своего существования «Логос» эволюционировал от журнала профессионально-философской ориентации, выполнявшего определенную просвещенческую функцию, до издания, охватывающего, помимо того, широкий спектр общественных проблем и стремящегося представить на своих страницах наиболее интересные и заметные интеллектуальные инновации современной России, а также основные тенденции мировой общественно-политической мысли. В номере: Лайонел Госсман. Идея Европы Крейг Калхун. Классическая социальная теория и Французская революция 1848 года Борис Межуев. Революция – в сторону от Равенства и Свободы (по поводу книги Б. Капустина) Борис Капустин. Спор о революции: методологические развилки (ответ Б. Межуеву) Виктор Рязанов. Немного солнца в холодной воде кризиса Николай Плотников. Интеллектуальное пиратство профессора Поруса. Открытое письмо и многое другое
О книге: Этот многоликий по материалу и составу участников сборник посвящен изучению широкого спектра гуманитарных проблем, объединенных представлением о пространстве и его образе в культуре. Основное место занимает тема евразийского пространства, восходящая к философским идеям Н.С.Трубецкого и его единомышленников – идеям, нашедшим свое экспериментальное воплощение в музыкальной и поэтической культуре русского авангарда. Своеобразный научный эксперимент ставят, в свою очередь, и авторы сборника, выводя анализ проблемы на стык естественных и гуманитарных наук – от акустики до семиотики, рассматривая соотношение звука и пространства как особым образом организованный и «привязанный к месту» фрагмент ноосферы. Представленный в сборнике материал вызовет несомненный интерес у широкого круга специалистов – от антропологов и фольклористов до филологов, культурологов и музыковедов.
О книге: История европейской философии последних двух столетий небогата примерами продуктивного сотрудничества поверх границ национальных государств. Разумеется, интернационализация философского сообщества усиливается с середины XIX века, принимая форму международных конгрессов и ассоциаций. Да и крупнейшие течения философии – неокантианство, феноменология, логический позитивизм – складывались в результате коллективного творчества мыслителей разных стран. Но, пожалуй, единственным идейным начинанием в области философии, сочетавшим в себе идею наднациональной философии как интеллектуальный проект с ее реализацией в форме общеевропейского сотрудничества, стал «Международный Ежегодник по Философии Культуры», а впоследствии журнал, – «Логос». Возникший на пике развития либерально-гуманистической философии культуры перед Первой мировой войной, «Логос» просуществовал в форме отдельных редакций вплоть до середины тридцатых годов, когда последние остатки этой философской формации пали жертвой европейских тоталитаризмов – в Германии он выходил с 1910 по 1933 гг., в России – с 1910 по 1914 гг. (и в 1925 г. в Праге), в Италии – с 1914 по 1936 гг. Планировавшиеся французская и английская редакции так и не были организованы. Но даже то короткое время интенсивного сотрудничества, что длилось с 1910 по 1914 годы, осталось в памяти современников и потомков ярким примером идеи чистой философии, творимой поверх национальных и конфессиональных границ.
О книге: Издание включает «Логико-философский трактат», а также «Коричневую книгу» и «Голубую книгу», бывшие подготовительными материалами к главной работе Витгенштейна позднего периода – «Философским исследованиям». Цель этой книги – попытка разобраться в одном из самых сложных произведений мировой философии. Не менее сложных, чем Библия, «Бхагавадгита», «Даодедзин» или «Алмазная сутра». Не случайно я называю здесь восточные тексты, потому что по своей структуре «Трактат» тяготеет, как это ни покажется парадоксальным, к утонченному креативному мифологическому мышлению. Последнее не раз отмечалось в литературе (см., например, [Canfield 1986; Gudmundsen 1977; Налимов 1979]). Конечно, этот феномен будет обсуждаться применительно к каждому подходящему случаю из комментируемых нами в «Трактате». Сложность здесь в том, что, безусловно, Витгенштейн в «Трактате» построил некое подобие стройной логической системы, альтернативной системам Фреге и Рассела-Уайтхеда, но, как не раз подчеркивал Витгенштейн в письмах к друзьям (П. Энгельману, Л. Фон Фикеру), главным в «Трактате» является не логика, а то, что находится за ее пределами. От переводчика и комментатора издания В. Руднева.